автор: Владимир Овчинский 

Елена Ларина


Председатель Комитета начальников штабов Вооруженных сил США Марк Милли назвал искусственный интеллект самой мощной быстро развивающейся технологией. Он также отметил, что ИИ и квантовые вычисления дадут стране, которая преуспеет в их военном применении, внушительные преимущества. “Возможность принимать решения быстрее и точнее, является значительным преимуществом в ведении войны”, – заявил глава Генштаба США.

Всё большее число роботизированных транспортных средств и автономного оружия могут действовать в зонах боевых действий, слишком опасных для людей. Интеллектуальные защитные системы всё чаще обнаруживают, анализируют и реагируют на атаки быстрее и эффективнее, чем люди-операторы. Cистемы анализа больших данных и поддержки принятия решений способны обработать такие объемы информации, которые не смогла бы «переварить» ни одна группа аналитиков, какой бы многочисленной она ни была. И всё это помогает военным лицам, принимающим решения, быстрее выбрать лучший курс действий.

Как всё начиналось

Искусственный интеллект стал крупной исследовательской программой ещё в 1950-х годах. В то время он действовал на основе символической логики — программисты кодировали входные данные для обработки ИИ. Эта система и была известна как искусственный интеллект. ИИ добился определенного прогресса, но его полезность была очень ограниченной, особенно в реальном мире. Таким образом, “зима” искусственного интеллекта наступила с конца 1970-х и продолжалась на протяжении 1980-х годов.

С конца 1990-х годов ИИ второго поколения произвел несколько прорывов на основе больших данных, огромной вычислительной мощности и новых алгоритмов. Произошли три знаковых события. 11 мая 1997 года команда IBM Deep Blue победила Гарри Каспарова, чемпиона мира по шахматам. В 2011 году Watson от IBM выиграл в Jeopardy. В марте 2016 года AlphaGo обыграла чемпиона мира по игре в Го Ли Сидола со счетом 4:1.

Deep Blue, Watson и AlphaGo были важными путевыми точками на необычной траектории. В течение двух десятилетий ИИ прошел путь от разочарования и неудачи до невообразимых триумфов. ИИ второго поколения был разработан на основе нейронных сетей. Программы машинного обучения обрабатывают огромные объемы данных, сначала определяя, а затем, перенастраивая вес, которые программа присваивает определенным частям данных, пока, наконец, не выдаст связные ответы. Система является вероятностной и индуктивной. Индуктивное обучение предполагает создание обобщенного правила для всех данных, предоставляемых алгоритму. Программы и алгоритмы ничего не знают о реальном мире и, в человеческом смысле, не знают о значении данных, которые они обрабатывают. Используя алгоритмы, ИИ с машинным обучением просто строит модели статистической вероятности на основе многократно повторяющихся испытаний. Таким образом, искусственный интеллект второго поколения определяет множественные корреляции в данных. Пока у него достаточно данных, вероятностная модель будет мощным инструментом прогнозирования. Тем не менее, ИИ не распознает причинно-следственные связи или намерение.

Питер Тиль, ведущий предприниматель в области технологий из Силиконовой долины, красноречиво сформулировал ограничения ИИ: “Забудьте о научно-фантастических фантазиях. Что является мощным в реально существующем ИИ, так это его применение для относительно обыденных задач, таких как компьютерное зрение и анализ данных”. Следовательно, хотя машинное обучение намного превосходит человеческое в решении ограниченных задач, оно полностью зависит от данных, на которых ИИ был обучен, даже малейшее изменение в реальной среде — или данных — делает его бесполезным.

О концептуальных подходах к использованию ИИ в военном деле

Теоретики военного дела и исследователи новых технологий глубоко заинтересовались вопросом военного применения искусственного интеллекта. Например, в недавней монографии «Новый огонь: война, мир и демократия в эпоху искусственного интеллекта» (2022) Бен Бьюкенен и Эндрю Имри заявили, что автономное оружие, управляемое искусственным интеллектом, а не людьми, будет становиться всё более точным, быстрым и смертоносным. Так они представляют будущее войны.

Другие ученые и эксперты согласны с ними. Например, Стюарт Рассел, выдающийся ученый-компьютерщик и пионер искусственного интеллекта, посвятил одну из своих лекций «Жизнь с искусственным интеллектом» на Би-би-си Рейт в 2020 году военному потенциалу ИИ. В лекции он предрекал расцвет роботов-убийц. Он описал сценарий, в котором смертоносный квадрокоптер размером с банку может быть оснащен взрывным устройством: “Противопехотные мины могут уничтожить всех мужчин в городе в возрасте от 16 до 60 лет или всех еврейских граждан в Израиле, и, в отличие от ядерного оружия, это разрушит городскую инфраструктуру”. Рассел заключил: “Восемь миллионов человек будут задаваться вопросом, почему вы не можете обеспечить им защиту от преследования и убийства роботами”.

Многие другие ученые в своих книгах, в том числе Кристиан Броуз в книге «Цепочка убийств: защита Америки в будущей высокотехнологичной войны», Кен Пейн в «Я, боевой робот: Рассвет искусственного интеллекта», Джон Аркилла в «Битскриг: новый вызов кибервойне», Дэвид Хэмблинг «Солдаты роя: Как маленькие дроны покорят мир» и Джон Антал «Семь секунд до смерти: военный анализ Второй Нагорно-Карабахской войны и будущее боевых действий», разделяют убеждение Рассела в том, что с развитием ИИ второго поколения смертоносное автономное оружие, такое как рои беспилотников—убийц, может стать неизбежным.

Как сторонники, так и противники искусственного интеллекта полагают, что нет никаких очевидных данных, на основе которых можно надежно обучать, например, рой дронов – ситуация слишком изменчива. Аналогичным образом, нелегко понять, как алгоритм может принимать командные решения. Решения командования требуют интерпретации разнородной информации, балансирования политических и военных факторов, каждый из которых требует суждения. В статье «Предсказание и суждение: почему искусственный интеллект увеличивает значение людей на войне» Ави Гольдфарб и Джон Р. Линдсе утверждали, что данные и искусственный интеллект лучше всего подходят для принятия простых решений с использованием совершенных данных.

По определению решения военного командования сопряжены со сложностью и неопределенностью. Примечательно, что, ведущие американские и европейские ученые в области ИИ не прогнозируют, что когда-нибудь алгоритм будет принимать стратегические и операционные решения за них. Об этом, например, пишут профессора Технологического университета Делфта ( Нидерланды) Ханс де Брюйн, Мартин Варнье, Марин Янссен в статье «Опасности и ловушки объяснимого ИИ: стратегии объяснения алгоритмического принятия решений». Данные, быстро обрабатываемые с помощью алгоритмов, помогают их руководителям понимать рынок с такой глубиной и точностью, с которыми не могут сравниться их конкуренты. Однако машинное обучение не вытеснило исполнительную функцию.

Поэтому очень маловероятно, что смертоносные автономные дроны или роботы-убийцы, поддерживаемые искусственным интеллектом, захватят поле боя в ближайшем будущем. Также маловероятно, что командиры будут заменены компьютерами или суперкомпьютерами. Однако функция ИИ и данных заключается, в том, что они обеспечивают государствам более широкое, глубокое и достоверное понимание самих себя и своих конкурентов. Когда массивные наборы данных будут эффективно обрабатываться искусственным интеллектом, тогда это позволит военным командирам воспринимать боевое пространство с доселе недостижимой глубиной, скоростью и разрешением. Данные и искусственный интеллект также имеют решающее значение для киберопераций и информационных кампаний. Они стали незаменимыми для защиты и нападения. Как пишет в своей статье «Другая сторона холма» Саймон Мэйолл: «Мы всё ещё пытаемся угадать, что находится по другую сторону холма, просто у нас есть больше инструментов, которые помогут нам в этом».

Искусственный интеллект и данные – это новая форма оцифрованной военной разведки, использующая киберпространство как обширный новый ресурс для получения информации.

Пол Шарре, известный военный исследователь, утверждал, что ИИ неизбежно приведет к смертоносной автономии. В 2019 году он опубликовал свой бестселлер «Армия никого», в котором рассказывалось о развитии дистанционных и автономных систем вооружения. Там Шарре предположил, что ИИ вот-вот произведет революцию в ведении войны: “В будущих войнах машины смогут принимать решения о жизни и смерти”. Новая книга Шарре «Четыре поля битвы: сила в эпоху искусственного интеллекта», опубликованная в феврале 2023 года, представляет собой глубокий пересмотр его первоначальной аргументации. В книге рассматриваются конкретные проблемы конкуренции великих держав, а также промышленные стратегии и системы регулирования, которые лежат в ее основе. Также описывается значение оцифрованных разведданных для военного соперничества. Шарре анализирует нормативную среду, необходимую для использования мощи данных. Он утверждает, что превосходство в данных и ИИ для их обработки будет иметь решающее военное значение в соперничестве сверхдержав, особенно между Соединенными Штатами и Китаем.

По мнению Шарре, есть четыре критических ресурса, которые определят, кто победит в этой гонке интеллекта: «Страны, которые лидируют на этих четырех полях битвы — данные, вычисления, таланты и институты [технологические компании] — будут иметь значительное преимущество в мощи искусственного интеллекта». Он утверждает, что Соединенные Штаты и Китай «сцепились в смертельной борьбе» за эти четыре ресурса. Соперники полностью осознают, что тот, кто получит преимущество в области ИИ, получит значительное преимущество в политическом, экономическом и военном отношении. Они будут более эффективны в применении военной силы. Они будут доминировать в информационном и киберпространстве.

В книге Шарре излагаются последние события, а также оценивается относительная сила США и Китая. Китай по-прежнему отстает от Соединенных Штатов в некоторых областях. Соединенные Штаты обладают ведущими талантами и лидируют в области исследований и технологий. Автор, таким образом, подчеркивает быстрые успехи Китая, а также его наметившиеся преимущества. Имея уже 900 миллионов пользователей Интернета, Китай располагает гораздо большим объемом данных, чем Соединенные Штаты. WeChat, например, не имеет аналогов в Америке. Многие китайские приложения превосходят американские. Кроме того, Китай не стеснен юридическими ограничениями или заботами о неприкосновенности частной жизни. Коммунистическая партия Китая активно отслеживает цифровые профили своих граждан, собирает их данные и фиксирует их действия. В городах используется технология распознавания лиц для идентификации людей.

Государственный контроль пошел на пользу китайским технологическим компаниям: “Огромные инвестиции КПК в разведывательное наблюдение и социальный контроль способствовали росту китайских компаний, занимающихся ИИ, и привязали их к правительству”. Коммунистическая партия Китая поддержала таких технологических гигантов, как Baidu и Alibaba: “Китайские инвестиции в технологии приносят дивиденды”.

«Четыре поля битвы» дополняет недавно опубликованные работы Бенджамина М. Дженсена, Кристофера Уайта, Скотта Куомо «Алгоритмы на войне: перспективы, опасности и ограничения искусственного интеллекта», Джеймса Джонсона «Искусственный интеллект и будущее ведения войны: США, Китай и стратегическая стабильность».

Центральный посыл этой литературы ясен. Указанные работы рассказывают не столько о перспективах использования ИИ в военных целях, сколько о том, почему замена человека искусственным интеллектом не может быть реализована. Авторы утверждают, что новые технологии успешны, когда они вписываются в существующие институциональные структуры и когда у них есть сторонники, которые могут объяснить, как они могут сделать возможными новые формы ведения войны. Анализ авторов опирается на всесторонние исследования информационных технологий, неравномерно принятых и развивающихся в разных странах и разных родах войск.

Данные и искусственный интеллект были и будут очень важны для вооруженных сил. Однако они не смогут радикально изменить саму войну — люди по-прежнему будут в подавляющем большинстве случаев использовать системы смертоносного оружия, в том числе дистанционного, которое убивают людей. Ситуация в бою сложная и запутанная. Чтобы использовать оружие с наибольшим эффектом, требуются человеческое суждение, мастерство и хитрость. Однако любой военной силе, которая хочет одержать победу на полях сражений будущего, необходимо будет использовать потенциал больших данных — ей придется освоить оцифрованную информацию, наводняющую пространство сражений.

Работа с ChatGPT 4.0 – прорывом 2023 года, – не особенно помогает в получении знаний о том, что представляет или будет представлять ИИ. Подобно шахматной программе Stockfish или даже Alpha Zero, это достаточно ограниченная программа искусственного интеллекта. Фактически, неандерталец в развитии искусственного интеллекта, который сейчас становится доступным для людей с помощью рекламы, так что они, по-видимому, думают, что они уже в курсе событий. В то же время технологическое развитие продвинулось значительно дальше. Объснение этого можно найти в книге «Эпоха ИИ» Генри Киссинджера, Эрика Шмидта и Дэниеля Хаттенлохера.

Киссинджер и его соавторы подробно описывают, что возможно и что невозможно с помощью ИИ, отбрасывая научно-фантастические сценарии, такие как Терминатор с его Скайнетом, в область легенд. Авторы, в том числе задаются вопросом, в какой степени ИИ произведет в ближайшем будущем революцию в военных стратегиях и типах ведения войны, если программа ИИ Alpha Zero в шахматах уже превосходит прежнюю линейную человеческую логику и выполняет ранее полностью невозможные и невообразимые вариации на поле боя.

В свое время шахматная программа Stockfish, которая уже считалась непобедимой, но ещё основывалась на линейной человеческой логике, входных данных прошлых игр, была заменена на Alpha Zero, которая имела в качестве входных данных только общие шахматные правила. Затем были разработаны совершенно новые варианты игры, изначально противоречащие прежней логике, такие как жертва ферзя, которая в обычных шахматах считалась старшей защищаемой фигурой и, несмотря на ее жертву, осуществляла неизвестные ранее варианты и внезапные атаки, что затем приводила к победе. Авторы говорят о чёрном ящике ИИ, который превосходит ранее известную человеческую линейную логику. Затем они предупреждают: если бы этот ИИ использовался в вооруженных силах, то военные стратегии могли бы измениться революционным образом. Но по аналогии с шахматами, существует риск того, что ИИ мог бы затем пожертвовать большими городами или миллионами людей в войне, чтобы победить. В какой степени ИИ уже используется в вооруженных силах США для военных стратегий и новых концепций ведения войны. А существуют ли уже новые военные стратегии, генерируемые ИИ – это государственная тайна первого порядка. Военные США, вероятно, уже разрабатывают или используют ИИ для разработки военных стратегий, боевых планов, новых видов комбинированной многомерной войны.

Хотя ИИ имеет много потенциальных применений, Сэм Дж. Тангреди и Георг В. Галдориси подготовили и выпустили в 2021 году книгу «ИИ на войне: как искусственный интеллект с большими данными и машинное обучение меняют морскую войну», представляющую собой исследование текущего состояния и будущего влияния искусственного интеллекта на морские боевые действия. Книга состоит из 20 эссе разных авторов. Редакторы собрали более тридцати экспертов, чтобы сосредоточиться на тех элементах, которые касаются национальной безопасности, разъясняя важность и потенциал ИИ в защите нации и в боевых действиях. В число авторов входят Роберт Уорк, бывший заместитель министра обороны; адмирал Джеймс Ставридис, бывший главнокомандующий, верховный главнокомандующий союзными войсками в Европе; адмирал Майкл Роджерс, бывший директор Агентства национальной безопасности; адмирал Скотт Х.Свифт, бывший командующий Тихоокеанским флотом США.

Книга опирается на широкий спектр исследований и оперативных идей, что приводит к разным мнениям авторов книги. Как известно, ИИ основан на машинном обучении на обширных потоках данных, которым необходимо доверять, чтобы в свою очередь, можно было доверять самому искусственному интеллекту. Реальная угроза заключается в том, что системы ИИ могут быть обмануты путем манипулирования данными, которыми они руководствуются.

При учете этой потенциальной уязвимости преимущества ИИ вытекают из его способности выполнять обширные задачи сопоставления с образцом в нереально короткие промежутки времени. Это приводит к рассмотрению огромного, недоступного для человека, количества вариантов решения и выполнения задач, часто автономными системами.

В книге рассматривается и оценивается прогресс исследований и разработок в области искусственного интеллекта и машинного обучения в США и Китае, а также потенциал их применения НОАК и военно-морским флотом КНР, в сравнении с опытом ВМС США (USN) и Корпуса морской пехоты США.

ИИ: сферы военного применения

Центральное место в расширении роли автономных транспортных средств с искусственным интеллектом занимает более глубокое понимание потенциальных преимуществ и рисков посредством исследований, разработок, военных игр, моделирования, симуляции, оперативных учений и подробной последующей оценки в ходе живых боев.

Военные эксперты зачастую выражают серьезные сомнения в отношении правовых и этических последствий использования вооруженными силами ИИ на войне или даже для повышения безопасности в мирное время. Самые резкие возражения связаны с перспективой того, что машины будут убивать людей без прямого одобрения людей-операторов и, возможно, даже без их надзора или способности вмешаться, если оружие выберет не те цели. Были высказаны опасения и по поводу других применений ИИ, таких как системы поддержки принятия решений, которые могут побуждать к эскалации действий или даже упреждающим атакам. При этом командиры не могут изучить сложные расчеты, лежащие в основе таких рекомендаций. Не могут реабилитировать граждан, задержанных или даже убитых в результате того, что система распознавания лиц или какой-либо другой сложный расчет ИИ ошибочно идентифицировала их как террористов или преступников.

Иногда бывает удивительно узнать, какие задачи компьютеру выполнить сложно, а какие легко. Наблюдение, известное как парадокс Моравека, (принцип в областях искусственного интеллекта и робототехники, согласно которому высококогнитивные процессы требуют относительно небольших вычислений, в то время как низкоуровневые сенсомоторные операции требуют огромных вычислительных ресурсов.- Е.Л.,В.О.) показывает, как простые для людей задачи часто сложны для компьютеров, и наоборот. Одним из примеров этого парадокса является распознавание изображений. Люди легко и бессознательно распознают изображения, но в течение многих лет это было проблемой, намного превышающей возможности компьютеров.

В последнее время, благодаря прогрессу, в первую очередь в области глубоких нейронных сетей, компьютерное зрение превосходит человеческие способности в некоторых из этих задач, хотя оно всё ещё может демонстрировать удивительные неудачи по сравнению с людьми. С военной точки зрения способность обнаруживать объекты и распознавать изображения, и особенно распознавать лица и проводить эмоциональный анализ, имеет очевидное применение.

Американская компания Red Cat в сотрудничестве с Athena AI недавно представила Teal 2 —военный беспилотник, который позволяет интегрировать самые современные технологии компьютерного зрения. В военных операциях каждая секунда на счету, и способность Teal 2 отслеживать объекты в ночное время означает, что беспилотник может доставлять важную информацию бойцам и командирам, обеспечивая быструю поддержку в принятии решений. Беспилотник также может идентифицировать оружие и различные другие объекты и их конфигурацию ночью, а также маркеры идентификации «свой-чужой» (IFF).

В боевых условиях солдаты задействуют системы компьютерного зрения, чтобы обнаруживать и распознавать объекты. Алгоритмы могут идентифицировать противников, находить их уязвимые места и предсказывать поведение. Также некоторые устройства на базе ИИ способны по команде оператора ликвидировать цель после ее выявления.

ИИ всё чаще интегрируют в беспилотные летательные аппараты (БПЛА), системы противоракетной обороны, подводные лодки и самолёты. Поле боя — чрезвычайно опасное место. Применение искусственного интеллекта может смягчить некоторые угрозы. Дроны, роботы и другие системы для мониторинга угроз позволяют военным быстро оценить риски и получить указания по их минимизации. Транспортировка боеприпасов, вооружения и товаров — жизненно важна для успеха военных операций. Бронированные роботомобили без участия человека могут перевозить предметы, определяя оптимальные маршруты в текущих условиях, и собирать нужную информацию в процессе перемещения. Дроны и ИИ можно комбинировать для наблюдения за пограничными районами, выявления рисков и передачи информации об угрозах соответствующим группам реагирования.

Угрозы кибератак на военные системы могут привести к потере жизненно важных военных данных и нанести ущерб этим системам. С другой стороны, системы с поддержкой ИИ защищают от нежелательного доступа к сетям, программам, данным и компьютерам. Кроме того, онлайн-системы безопасности с возможностями искусственного интеллекта могут фиксировать алгоритм кибератаки и впоследствии создавать инструменты контратаки.

Вооруженные силы нескольких стран используют ИИ в оружии и других военных системах, развернутых на космических, воздушных, морских и наземных платформах. Эти системы более эффективны в бою и требуют меньше участия человека благодаря ИИ. Кроме того, меньшее техническое обслуживание ведет к повышению производительности и синергии военных систем. ИИ может быть оборудовано автономное оружие для проведения скоординированных атак.

Также искусственный интеллект необходим для военной логистики и поддержки боевых действий. Возможность успешного проведения военной операции зависит от движения войск, техники, боеприпасов. Интеграция ИИ в транспорт может сократить потребность в ручном труде и транспортные расходы. Он помогает военным кораблям выявлять аномалии и оперативно прогнозировать поломки компонентов.

В сложных боевых условиях методы искусственного интеллекта способны повысить точность распознавания целей. Анализ новостных лент, документов, отчетов и другой информации позволяет силам обороны иметь полное представление о возможных областях деятельности. Системы распознавания целей, включающие ИИ, лучше определяют местонахождение своих целей. Системы идентификации целей, управляемые ИИ, могут прогнозировать активность противника, собирать данные об окружающей среде, анализировать подходы к выполнению миссии и, среди прочего, использовать методы смягчения последствий. Цели могут быть отслежены с помощью машинного обучения и собранных данных.

Роботизированные наземные платформы (RGP) и ИИ могут быть объединены для оказания удаленной хирургической помощи в зонах конфликтов. В экстремальных условиях системы на базе искусственного интеллекта успешно изучают историю болезни солдата и оказывают поддержку в диагностике. Ярким примером этого является разработка исследовательской группой IBM в сотрудничестве с Управлением по делам ветеранов США Electronic Medical Record Analyzer (EMRA). Эта система была разработана для обработки медицинских карт пациентов; она позволяет выявлять и ранжировать проблемы со здоровьем с помощью методов машинного обучения.

Операции ISR (разведка, наблюдение и рекогносцировка) имеют решающее значение для мониторинга угроз и ситуационного анализа. Эти операции поддерживают обработку информации для широкого спектра военных действий. Операции ISR могут выполняться беспилотными системами, направляемыми по заранее определенному маршруту. Если эти технологии включают ИИ, военнослужащие смогут лучше оценивать угрозы и поддерживать ситуационную осведомленность.

ИИ способствует быстрой обработке больших объемов данных и извлечении полезной информации. Он помогает извлекать важные данные из нескольких наборов данных, а также собирать и добавлять расширенные наборы данных из многих источников. Военнослужащие используют эту технику для выявления тенденций и установления взаимосвязей.

Будущие военные приложения также будут в значительной степени зависеть от искусственного интеллекта. Он будет задействован значительно больше, чем люди, чтобы повысить скорость работы, увеличить ее эффективность, снизить рабочую нагрузку и т.п.

В вопросе применения в военных целях различных беспилотных систем пока лидерство удерживают США. Они с начала XXI века активно их задействуют, накопили значительный опыт и сейчас продолжают развивать это направление. По данным Globenewswire, к 2028 году рынок искусственного интеллекта в вооруженных силах оценивается примерно в 13,7 млрд долларов США.

В настоящий момент научное и военное сообщество в США стоят на пороге новых разработок в плане внедрения ИИ в образцы вооружений. Одним из ярких признаков роста интереса к данной сфере стало создание Подразделения оборонных инноваций в самом сердце Кремниевой долины (DIU). Заявленная миссия DIU заключается в ускорении внедрения Министерством обороны коммерческих технологий, преобразовании военной мощи и возможностей и укреплении инновационной базы национальной безопасности США. DIU управляет шестью портфелями проектов, предназначенных для решения задач национальной безопасности, в том числе в области искусственного интеллекта и машинного обучения.

Параллельно, Пентагон проводит тендер в рамках программы Skyborg по созданию беспилотных ведомых – автономных летательных аппаратов, которые смогут действовать в связке с пилотируемыми истребителями. Такие БПЛА могут выполнять функции разведчиков, носителей ударных вооружений, либо использоваться для прорыва противовоздушной обороны противника, чтобы снизить риски для личного состава.

В этом тендере конкурируют Boeing, General Atomics и Kratos. Они представили военным свои прототипы ещё к лету 2021 года, однако конкретные решения так и не были приняты. В бюджетном запросе на 2023 финансовый год, командование ВВС США указало, что в ближайшие годы потребуется ещё более 100 млн долларов на продолжение исследований и испытаний в рамках программы Skyborg. Наработки по Skyborg собираются использовать в рамках проекта Next Generation Air Dominance (NGAD), который предполагает создание истребителей нового поколения. Это должны быть опционально беспилотные боевые машины, оснащенные системой искусственного интеллекта.

Министерство обороны США ведет активный поиск современного наступательного оружия, способного повысить огневые возможности соединений при ведении войны на море и в воздухе. В 2023 году журнал Air & Space Forces Magazine сообщил, что компания Lockheed Martin развернула вторую производственную линию для производства сразу двух типов противокорабельных боеприпасов нового поколения для ВМС США – Long Range Anti-Ship Missile (LRASM) и ее воздушного варианта Joint Air-to-Surface Standoff Missile-Extended Range (JASSM-ER).

Противокорабельные ракеты большой дальности будут иметь возможность автономно выбирать цели и поражать их даже в условиях отсутствия GPS и связи. В зависимости от степени конкретности инструкций, которые операторы могут предоставить оружию до его непосредственного запуска, LRASM будет работать как в полуавтономном, так и в автономном режиме.

Как сообщает журнал Air & Space Forces Magazine, увеличение производства направлено на пополнение запасов ракет, которые, как показало моделирование, будут быстро исчерпаны в случае чрезвычайной ситуации на Тайване. Оборонный гигант Lockheed Martin ежегодно производит 500 ракет LRASM и JASSM-ER, но планирует довести это количество до 1 000 в год.

CША расширяют линейку автономных летательных аппаратов. На вооружении уже находятся такие БПЛА с применением ИИ как X47-B и MQ, автономные летательные аппараты Loyal Wingman, Flocking и Swarming. Концепция новой программы заключается в том, чтобы беспилотные системы работали в связке с пилотируемым объектом, с которого бы осуществлялось управление и целеуказание. Американский разработчик аэрокосмических технологий Kratos сообщает, что он на несколько лет опережает конкурентов в разработке беспилотных реактивных истребителей, которые американские военные намерены приобрести в ближайшие десятилетия. Компания разрабатывает и испытывает несколько тактических беспилотных летательных аппаратов, в первую очередь малозаметный автономный боевой реактивный самолет XQ-58 Valkyrie.

Союзники США также крайне заинтересованы в беспилотных ведомых. В частности, по заказу ВВС Австралии Boeing уже несколько лет разрабатывает аппарат под названием Loyal Wingman. Апробация первого такого аппарата состоялась в мае 2020 года.

На 2023 год запланированы испытания британского беспилотного ведомого. Его разрабатывает компания Spirit AeroSystems. Новый аппарат должен выполнять как самостоятельные разведывательные полеты, так и летать в паре с пилотируемыми истребителями “Тайфун” и F-35.

Самостоятельные исследования в данной области ведут индийские специалисты. Компания Hindustan Aeronautics Limited (HAL) разрабатывает дрон “Уорриор” (Warrior, “Воин”), предназначенный для совместных действий с легкими истребителями “Теджас” индийского производства. Проект находится на раннем этапе, первый полет прототипа ожидается не раньше 2025 года.

В Южной Азии Индия создала Центр искусственного интеллекта и робототехники (CAIR) при Организации оборонных исследований и разработок (DRDO), чтобы поддержать гонку вооружений в сфере ИИ для военных целей. Более того, в индийской доктрине Land Warfare 2018 года значительный акцент был сделан на ИИ и его интеграции в военные системы.

В связи с этим индийские военные эксперты сделали упор на использование ИИ в военных системах, пока не стало слишком поздно. Индия разрабатывает систему роботов Multi-Agent Robotics Framework — она, вероятно, будет действовать как команда солдат и помогать индийской армии в будущих войнах. Нью-Дели также приобрел 200 автономных роботов DAKSH — их ещё называют дистанционно управляемыми транспортными средствами (ROV) — для обезвреживания бомб.

Среди независимых игроков на оружейном рынке в последние годы заметно выделяется Турция. Для самостоятельной разработки беспилотных ведомых Анкара ещё не созрела, но направление беспилотников различного назначения развивает интенсивно. Отчасти страну к этому вынудили санкции со стороны США, которые после закупки Турцией российской системы ПВО С-400 ограничили военное сотрудничество с Анкарой, а также исключили ее из программы международной кооперации по производству истребителей пятого поколения F-35.

На данный момент известно, что в Турции создают два типа беспилотников. Первый вариант – это известный уже “Байрактар” в модификации со складывающимся крылом. Вторая же разработка – малозаметный сверхзвуковой дрон Kizilelma, разработанный в рамках проекта MIUS (Muharip Insansiz Ucak Sistemi).

На сегодняшний день двумя широко известными ударными израильскими БПЛА считаются “Гермес-450” производства Elbit Systems и “Херон-TP” производства Israel Aerospace Industries (IAI). Взлетная масса “Гермеса-450” – 550 кг, максимальная полезная нагрузка – 180 кг, продолжительность полета – 17 часов, максимальная высота – 5490 метров. Более мощный “Херон-TP” имеет максимальную взлетную массу 5670 кг при полезной нагрузке в 2700 кг. Аппарат рассчитан на 30 часов автономной работы. Максимальная высота – 13 700 метров. Как утверждает зарубежная пресса, сейчас израильские специалисты ведут разработку ещё как минимум трёх ударных беспилотников.

Одна из самых интересных новинок в области сухопутной беспилотной техники – мобильная береговая установка с противокорабельными ракетами, разработанная компанией Raytheon Missiles & Defense в интересах Корпуса морской пехоты США. Комплекс, получивший название NMESIS (Navy Marine Expeditionary Ship Interdiction System), представляет собой дистанционно управляемую пусковую установку производства Oshkosh Defense, вооруженную новейшими противокорабельными ракетами NSM (дальность поражения – до 185 км). Первые огневые испытания NMESIS прошли весной этого года. По мнению иностранных военных аналитиков, прежде всего эту систему будут применять в Азиатско-Тихоокеанском регионе с большим количеством архипелагов.

С каждым годом расширяется применение в военных целях беспилотных платформ на море и под водой. Минобороны США реализует амбициозную программу Ghost Fleet Overlord (Повелитель призрачного флота). В ее рамках ВМС США уже получили в свое распоряжение три надводных беспилотных судна – “Рейнджер”, “Номад” и “Маринер”. Последний из них поступил на службу в августе 2022 года.

Основой для этих беспилотников послужили серийные суда обеспечения, которые строит верфь Gulf Craft. Их длина составляет около 60 метров, на борту интегрирована автоматическая система управления разработки компании Leidos, которая допускает полностью самостоятельное плавание, в рамках заложенной программы, либо по дистанционным командам от оператора. Подобные суда могут выполнять как разведывательные и транспортные функции, так и участвовать в боевых действиях.

Еще один беспилотник – “Вэнгард” – сейчас строят на верфи Austal USA. Главное предназначение “Призрачного флота” – это отработка различных сценариев взаимодействия как между собой, так и с кораблями с экипажем. На основе этого опыта командованию ВМС США предстоит определить дальнейшую стратегию развития беспилотных надводных платформ.

Старается не отставать от мировых лидеров Великобритания. Королевский военно-морской флот прошлым летом представил судно “Патрик Блэкетт” типа XV (eXperimental Vessel), предназначенное для испытаний новейших технологий и систем, включая беспилотные комплексы с применением искусственного интеллекта. 42-метровое судно водоизмещением 270 тонн используют специалисты подразделения NavyX, которые отвечают за внедрение инноваций и отработку передовых концепций. Судно выполнено на базе быстроходного катера проекта 4008 Fast Crew Supply (разработан и поставлен голландской компанией Damen), который модифицировали под запросы NavyX.

США активно развивают возможности использования алгоритмических систем, которые заключаются в интеграции потенциала ИИ и машинного обучения для применения их на поле боя. Этот подход к ведению войны, ориентированный на геймификацию войны и оптимизацию ряда действий, которые выполнял человек посредством внедрения компьютерных приложений. Примечательно, что реализация разведывательных операций с применением алгоритмических систем практически ничем не отличается от условий, закладываемых в алгоритмы компьютерной игры. При этом алгоритмическая война — это широкая концепция, которая выходит за рамки приложений для разведки и анализа данных. Ее планируется применять в кибероперациях. Алгоритмы смогут обнаруживать и использовать уязвимости во вражеских киберсетях, одновременно обнаруживая и изгоняя злоумышленников из собственных сетей.

Военные специалисты США разрабатывают алгоритмы, по которым искусственный интеллект будет анализировать поставки вооружений на Украину, прогнозировать будущие потребности в них и в ремонте боевой техники. Как отмечает американский ресурс Defense One, поставлена цель не реагировать на запросы Киева, а действовать на опережение, что призвано ускорить поток оружия для ВСУ.

Разработка алгоритмов идет в рамках Международного координационного центра доноров (IDCC), расположенного в немецком Штутгарте, в штаб-квартире Европейского командования ВС США. Пентагон взял на себя роль координатора потока вооружений для ВСУ из примерно четырех десятков стран, представители которых там и работают.

Сейчас процесс устроен следующим образом. В IDCC поступают запросы из Киева, после чего в центре проверяют, какая из стран-участниц имеет соответствующие вооружения, боеприпасы или технику, а затем согласовывают их доставку представителям Украины, которые перевозят их через границу. Военные специалисты IDCC также работают над обеспечением скрытности поставок – при перевозке вооружений не используются номера полетов или другие типы трекинга.

Работающий в IDCC представитель ВС США Джаред Саммерс рассказал, что отсутствие трекеров затрудняет анализ, поэтому моделирование будет основываться на массиве данных о том, с какой скоростью Киев использует поставляемые с Запада вооружения и боеприпасы, как часто они выходят из строя и какие запчасти требуются для ремонта. Результаты моделирования будут использоваться для заблаговременного формирования пакетов вооружений для ВСУ. В IDCC рассчитывают выйти на практическое применение модели к концу 2023 года.

ИИ Китая для противостояния с США

То, насколько важным ИИ стал для национальной безопасности и военных амбиций Китая, было отмечено президентом Си Цзиньпином на XX съезде партии в октябре 2022 года, где он подчеркнул приверженность Пекина развитию ИИ и “интеллектуальному ведению войны” — имеются в виду военные системы с поддержкой ИИ. Хотя точную сумму затрат китайской армии на ИИ определить трудно (поскольку многие из ИИ-закупок, вероятно, засекречены), исследователи США считают, что китайские военные тратят на технологии, связанные с ИИ, от 1,6 до 2,7 миллиарда долларов в год.

Китай не просто планирует стать ведущей мировой державой в области искусственного интеллекта к 2030 году, Пекин также обратился к стратегии военно-гражданского слияния для достижения этой цели. Этот подход позволил стране ускорить внедрение оборонных инноваций за счет устранения барьеров между гражданским исследовательским и коммерческим секторами Китая и его военным и оборонно-промышленным секторами.

Технологический скачок Китая вызвал большую озабоченность в Вашингтоне и считается ключевым фактором, стоящим за решением США ввести радикальные ограничения на экспорт полупроводников в Пекин.

Это происходит по мере того, как преимущество, которое ИИ обеспечивает на поле боя, становится всё более очевидным. Эксперты нашли множество тактических и стратегических применений этим технологиям – от автономных систем и ускоренного анализа данных до операций по дезинформации, сбора разведданных, кибератак и интеграции людей и машин.

НОАК стремится использовать ИИ для обработки информации из многих источников, в том числе из сети беспилотных систем и подводных датчиков, окружающих Китай. Эти технологии также могут быть применены, чтобы помочь командирам принимать лучшие, быстрые и более актуальные решения на поле боя, поддерживая планирование военных операций, особенно в трудные времена.

Это крайне важно, поскольку Китай ожидает, что темпы военных операций в конечном итоге будут опережать человеческое познание. Поэтому НОАК стремится, чтобы ИИ улучшил структуру командования и контроля и достиг “превосходства в принятии решений” в “интеллектуальной” войне. Идея заключается в том, чтобы алгоритмы помогли соединить точки там, где одни люди могут не увидеть полной картины.

Хотя первоначальное представление НОАК об ИИ в военной сфере было сформировано под влиянием тщательного анализа военных инициатив США, ее подход отличается. НОАК ожидает, что ИИ может коренным образом изменить характер ведения войны, что приведет к переходу от сегодняшних «информатизированных» способов ведения войны к будущей «интеллектуализированной» войне, в которой ИИ будет иметь решающее значение для военной мощи. НОАК, вероятно, будет использовать технологии искусственного интеллекта для расширения своих будущих возможностей, в том числе в интеллектуальных и автономных беспилотных системах; объединения данных с поддержкой ИИ, обработки информации и анализа разведданных; при моделировании операций и обучении личного состава; в обороне, нападении в информационной войне, а также при поддержке принятия командных решений. В настоящее время НОАК финансирует широкий спектр проектов, связанных с искусственным интеллектом, а китайская оборонная промышленность и научно-исследовательские институты НОАК проводят обширные исследования и разработки, в некоторых случаях сотрудничая с частными предприятиями в русле вектора военно-гражданской интеграции. Данный вектор позволяет объединять кадровый, финансовый и технологический потенциал частного сектора (в том числе крупных компаний) и государства.

На выставке Airshow China 2022 в Чжухае дебютировал беспилотный ведомый FH-97A. Это реактивный двухдвигательный аппарат, способный находится в воздухе до 6 часов. Дальность полета указывается в пределах до 1000 км. Для снижения радиолокационной заметности дрон оборудован внутренним оружейным отсеком, вмещающим до восьми ракет с инфракрасным наведением. Данных о сроках принятия на вооружения FH-97A пока нет.

Летом 2022 года китайские специалисты приступили к морским испытаниям надводного стелс-беспилотника водоизмещением 200 тонн. Аппарат выполнен по схеме тримарана и по внешнему виду напоминает первый американский надводный 135-тонный беспилотник “Си Хантер” (Sea Hunter), разработанный в первую очередь для борьбы с подлодками. Компания Beikun Intelligent Technology из Чжэцзяна начала разработку аппарата в конце 2015 года. Перед создателями стояла задача построить интеллектуальный, автономный и малозаметный беспилотный аппарат, способный совершать плавания в условиях открытого моря с минимальными затратами и заметностью.

Ещё один китайский проект предполагает создание большого беспилотного тримарана, который можно будет использовать в качестве безэкипажного ударного корабля. Китайская пресса утверждает, что его постройка уже стартовала. Согласно информации журналистов, производство прототипа начато под руководством Научно-исследовательского института №716 китайской судостроительной госкорпорации CSSC (China State Shipbuilding Corporation). Создатели называют будущий беспилотник самым передовым аппаратом подобного рода в стране. Дрон выполнен по схеме тримарана на подводных крыльях, что должно обеспечить высокую скорость и большую продолжительность плавания. Платформу оснастят полностью отечественной силовой установкой. Заявлена способность беспилотника выполнять миссии самостоятельно по различным заданным сценариям. Другие подробности, включая информацию о назначении, точных размерах или типах миссий, для которых будет использоваться аппарат, пока не приводятся.

В 2020 году войска Народно-освободительной армии Китая провели учения по высадке морского десанта в провинциях Фуцзянь и Гуандун, продемонстрировав разнообразные возможности десантных операций. В этих учениях по высадке на море НОАК впервые продемонстрировала новейшую боевую беспилотную технику. В числе продемонстрированных боевых роботов – тральщик, «платформа беспилотной боевой машины повышенной проходимости», автомобиль-робот с системой искусственного зрения, вооружённый крупнокалиберным пулемётом и гранатомётом и предназначенный для боя в условиях города. В нее также был включен беспилотный минный подрыватель, который может быстро маневрировать на море, сбрасывая взрывчатку для подрыва мины, открывать новый маршрут и оказывать поддержку десанту. Была представлена также платформа беспилотной боевой машины повышенной проходимости. Эта машина оснащена совершенным прицельным и наблюдательным устройством. Кроме того, на машину можно установить легкий и крупнокалиберный пулемет и гранатомет.

В 2022 году Пекин заявил, что ему удалось разработать модель системы противовоздушной обороны с поддержкой искусственного интеллекта, которая будет предсказывать траекторию гиперзвуковых планирующих ракет и в то же время иметь возможность проводить быструю контратаку.

НОАК планирует использовать ИИ для имитации военных действий по вторжению на Тайвань, а также для идентификации подводных аппаратов. Согласно прошлогоднему отчету Центра безопасности и новых технологий Джорджтаунского университета, путём моделирования военных действий ИИ научится отслеживать корабли ВМС США и оперативно развертывать средства электронного противодействия.

Китайские военные готовятся развернуть беспилотник-разведчик, который способен летать как минимум в три раза быстрее звука, пишет The Washington Post. «Китайские военные вскоре могут развернуть высотный беспилотник-шпион, скорость которого по меньшей мере в три раза превышает скорость звука, что значительно укрепит способность Китая проводить операции по наблюдению», — сообщается в публикации.

В секретном документе американского Национального агентства геопространственной разведки (NGA), на которое ссылается издание, содержатся спутниковые снимки, датированные 9 августом 2022 года, на которых запечатлены два реактивных разведывательных беспилотника WZ-8 на авиабазе в восточном Китае, примерно в 350 милях от Шанхая.

В апреле 2023 года оборонное ведомство Тайваня сообщило о приближении к острову 38 летательных аппаратов НОАК, включая двух дронов — BZK-005 и TB-001. Полет китайских армейских беспилотников вокруг Тайваня стал основным шагом в подготовке КНР к воссоединению с островом военными средствами. Теперь китайские беспилотники будут регулярно летать вокруг Тайваня, написала газета South China Morning Post, ссылаясь на военных экспертов. Также газета написала, что БПЛА дальнего действия китайской армии, в особенности те, что могут нести вооружение, способны сыграть основную роль в проведении наблюдения, блокады, а также в ликвидации целей.

А что в России?

Ещё в 1983 году на вооружении флота появились крылатые противокорабельные ракеты П-700 «Гранит». Машины размером с истребитель МиГ-21 устанавливали на тяжелые атомные крейсера 1144 проекта типа «Петр Великий» и атомные подводные лодки проекта 949А «Антей».

Особенностью П-700 является то, что в её бортовой вычислительной машине, по сути, впервые в ракетной технике были реализованы алгоритмы искусственного интеллекта. Ракеты имели в своей памяти электромагнитные портреты всех современных кораблей иностранных флотов. При этом «Гранит» работал «в стае».

Точно так же работает и ракета П-800 «Оникс» – только ее алгоритмы стали более точными и сложными. В отличие от других противокорабельных ракет, имеющих «специализацию» по носителям, новый комплекс универсальный. Его можно размещать на разных типах подводных лодок, надводных кораблях и даже катерах, самолетах и на береговых пусковых установках.

В подмосковном Софрино стоит ещё один робот – циклопическая пирамида радиоэлектронной станции загоризонтного обнаружения целей «Дон-2Н». Она предназначена для обнаружения атакующих нашу территорию ядерных боеголовок и передачи информации об этом на пусковые установки противоракет комплексов А-135 «Амур», А-235 «Нудоль», С-400 и новейшей мобильной стратегической противоракетной системе С-500, которая только начала поступать в войска.

В 2021 году в Минобороны РФ сформировано специализированного управления по вопросам развития искусственного интеллекта. Минобороны объявило о проведении закрытого конкурса на выполнение научно-исследовательской работы «Исследования по созданию экспериментального образца комплекса разработки, обучения и реализации глубоких нейронных сетей для нового поколения военных систем с искусственным интеллектом» под шифром «Каштан».

Двенадцать тонн боевой массы, противотанковые сверхзвуковые ракеты «Атака», термобарические боеприпасы огнемета «Шмель», 30-миллиметровая пушка и крупнокалиберный пулемет – это портрет первого в российской армии роботизированного комплекса «Уран-9».

Минобороны сформировано ударного соединения, в котором люди играют второстепенную роль. Пока это пять роботизированных комплексов. В каждом – по одному пункту управления на шасси автомобиля КамАЗ и четыре «Урана». Каждый из них сможет бороться с бронетехникой, живой силой, уничтожать ДОТы, системы ПВО и даже сбивать вертолеты противника.

Практически все российские крылатые ракеты имеют ИИ. Авиационные ракеты «Н-555», «Х-101» и «Кинжал», морские ракеты «Калибр» и сухопутные ракеты «Оникс» в составе мобильной системы «Бастион» основаны на системе ИИ.

Искусственный интеллект в интересах Минобороны активно развивают, в частности, в военном технополисе «Эра». Холдинг «Росэлектроника» госкорпорации «Ростех» в начале 2022 года создал научно-исследовательскую лабораторию «Технологии искусственного интеллекта». Лаборатория занимается исследованиями в области применения ИИ в перспективных системах радиосвязи, разработкой типовых и кастомизированных технических решений, основанных на применении VR-технологий, технологий больших данных, машинного обучения глубоких нейронных сетей и искусственного интеллекта.

«Объединённая авиастроительная корпорация» (ОАК) для контроля качества деталей самолётов «МиГ» планирует использовать цифровую систему на основе искусственного интеллекта. Это будет система так называемого неразрушающего контроля качества – комплекс аппаратно-программных средств на основе цифровых технологий и технологий искусственного интеллекта.

С помощью системы будут контролироваться полуфабрикаты, заготовки, сварные швы деталей и сборочных единиц техники. Качество элементов станет распознаваться в автоматизированном режиме. В случае успеха проекта система может быть тиражирована на различных предприятиях ОАК, куда, помимо «МиГ», входят «Сухой», «Туполев» и др.

«Объединённая авиастроительная корпорация» (ОАК) для контроля качества деталей самолётов «МиГ» планирует использовать цифровую систему на основе искусственного интеллекта.

В совместную работу с военным ведомством по реализации инициативных работ в интересах Минобороны России сегодня вовлечены более 150 отечественных предприятий промышленности, научно-исследовательских и образовательных организаций из 28 городов России

Участие человек исключено в работе системы «Периметр», или «Мертвая рука», как ее называют на Западе, по нанесению ответного ядерного удара по США.

***

Искусственный интеллект играет важную роль в военных действиях. По сравнению с обычными системами военные системы на базе ИИ могут лучше и эффективнее управлять огромным объемом данных. Поскольку ИИ так хорош в принятии решений, он значительно улучшает саморегуляцию, самоконтроль и самоактивацию боевых систем.

Искусственный интеллект используется почти во всех военных приложениях, и ожидается, что увеличение финансирования исследований и разработок со стороны военных исследовательских агентств для создания новых и передовых способов использования искусственного интеллекта приведет к увеличению использования систем на основе ИИ в военных целях.

С помощью этой технологии солдаты могут быстрее выявлять опасности и получать указания о том, как с ними бороться. Армейские самолеты и наземная техника теперь оснащены интеллектуальными датчиками.

Крупнейшие военные державы мира начали гонку по внедрению ИИ в боевые действия. На данный момент это, в основном, означает предоставление алгоритмам контроля над отдельными видами оружия или роями дронов. Любая страна, которая введет ИИ в свое командование и управление, будет мотивировать других последовать ее примеру, хотя бы для поддержания надежного сдерживания.

Современная война меняет способ работы военной и оборонной промышленности. Однако в то время как рынок развивается благодаря технологиям, на технологии также влияют растущие ожидания и цели.

Многие области, связанные с обороной, продвинулись вперед с момента появления ИИ, включая определение целей, кибербезопасность, а также системы RADAR и SONAR. Однако ни одна машина не может полностью заменить людей, особенно в таких местах, как границы страны, где человеческое взаимодействие имеет решающее значение.

от fs